Во время передачи российского телеканала НТВ «Звонок» пранкеры Вован и Лексус попытались посадить Дмитрия Шепелева и Владимира Борисовича за стол переговоров. Несмотря на множество разногласий, обе стороны выразили готовность пойти навстречу друг другу в интересах маленького Платона.

На НТВ состоялся показ нового шоу «Звонок», на котором пранкеры Вован и Лексус свели вместе Дмитрия Шепелева, гражданского мужа Жанны Фриске, и отца трагически погибшей певицы Владимира Борисовича.

Они позвонили конфликтующим сторонам якобы от имени их противников, чтобы попытаться помирить Шепелева и Фриске.

Передача вышла в эфир, несмотря на то, что последний участник программы направил письмо главе канала, в котором предъявил претензии к телекомпании. Он также заявил, что информация, полученная в результате телефонного разговора, составляет его личную и семейную тайну.

Несмотря на требования Владимира Борисовича, пранк-шоу все же показали в эфире. Во время программы отец Жанны Фриске сказал, что готов к примирению с Дмитрием Шепелевым. По мнению Владимира Фриске, им с Дмитрием обо всем нужно забыть и прийти к консенсусу. Он также заверил пранкеров, что может показать все необходимые документы и чеки, которые доказывают отсутствие факта растраты денег с его стороны.

«Меня то за что посадят? Ты что, не был еще у следователя?

Мы же нигде не расписывались с Ольгой, что мы за что-то отвечаем, что мы должны вернуть какие-то деньги...

Дима, ты же не знаешь, что у меня есть. Все то, что принадлежало Жанне, пойдет Платону, а мое — Наташе и Платону. Все, что у нас есть — все для ребенка. Дима, я знаю, что ты его любишь. Но и мы его тоже очень любим», — сказал Владимир Борисович в ответ на заявление о том, что его могут посадить в тюрьму за растрату денег, собранных на лечение его дочери.

Владимир Борисович также сказал, что они с Дмитрием сами создали друг другу преграды. Кроме того, он подчеркнул, что не собирается лишать ребенка отца.

«Мы два идиота, понимаешь, Дима. Мы опозорили Жанну на весь мир. Когда я прихожу на ее могилу, мне стыдно перед Жанночкой, так уже нельзя.

Я не знаю, как ты еще не свихнулся... Я хотел тебя убить. Ты меня чуть не довел до сумасшествия, но я нашел в себе силы, чтобы не провести остаток своей жизни в тюрьме. Мне неприятно говорить на эту тему», — сказал, плача, Владимир Борисович.

«Я не возражаю, чтобы вы общались с ребенком. Но есть много бед, которые вы натворили, и с этим придется разобраться отдельно. Я хочу, чтобы у Платона были бабушки и дедушка, и я не вправе говорить, кто хороший, а кто плохой. Но вы приходили ко мне с оружием и на взводе, приводили ребят, которые находятся в федеральном розыске... Я себя чувствую так, как будто помешался, и мне тяжело. Но вам, Володя, еще тяжелее.

Я защищаю не себя, а ребенка. Я буду это делать до тех пор, пока вы не успокоитесь... Я видел счета, знаю, что вы сделали»,

— сказал Шепелев.

Дмитрий сказал, что он любил Жанну и любит ее по-прежнему. Если бы он не испытывал к ней чувств, то не заботился бы о ней, пытаясь выиграть для нее два года жизни. Шепелев также отметил, что это время было самым тяжелым в его жизни, и оно заставило его постареть и поседеть. Но он ничуть не жалеет о том, что делал для Жанны.

Шепелев признался, что он не против решить все мирным путем. Но при этом отметил, что не воюет, а лишь пытается уберечь Платона. В конце разговора якобы с Владимиром Борисовичем он выразил готовность сесть за стол переговоров.

Прочитать и добавить комментарий
ТЕМЫ
Все галереи
Материал скоро появится, журналисты уже работают